22 апреля 2022

«У дедушки холодильник всегда был забит колбасой — в детстве он голодал»‎. Зачем петербуржец месяц ходил в пальто с антивоенной надписью

В марте в петербургском метро заметили человека в необычном пальто с надписью: «Это пальто моего деда, во время ВОВ он был голодным ребенком на оккупированной территории. <…> Я не хочу войны». Его фото опубликовали в телеграм-канале «Северное техно». 

В конца марта молодого человека задержали и судили по двум административным статьям: о дискредитации действий российской армии и за неповиновение сотруднику полиции.

По просьбе «Бумаги»‎ владелец пальто Демьян Беспокоев рассказал, зачем написал текст про деда, как спорил с полицейскими о маникюре и что собирается делать после ареста.

Демьян Беспокоев

бебиситтер

— Это пальто дедушкино. Он умер, когда мне было 11 лет. Сейчас мне 20. Я год учился на режиссера драматического театра. Сейчас я работаю с детьми: вожатым и бебиситтером. Я начинающий педагог.

Я живу в квартире бабушки и дедушки. Бабушка недавно умерла. И я тут нахожу всякие такие штуки, как это дедушкино пальто. Я помню, что такая одежда — это его стиль. Оно [пальто] большое, потому что он был достаточно толстым человеком под конец жизни. Я подумал, что оно мне подходит, и [после 24 февраля] начал его носить. Это выражало мои эмоции, это не был какой-то акционизм, просто выражение чувств через одежду. Эмоционально это было что-то особенно сильное, поэтому я также нанес текст на пальто — я на себе носил свою эмоцию.

Почему задело «то, чего нельзя называть»‎

— Я никогда эмоционально себя не связывал с Великой Отечественной, потому что думал, что это что-то далекое. Мне с детства — из школы, со всяких экскурсий и от бабушки с дедушкой — прилетала информация про Великую Отечественную: о том, как это было ужасно. И у нас в городе много памятников, связанных с войной. Но я не понимал, зачем на протяжении такого долгого времени постоянно об этом говорить. Я не мог представить, что что-то такое произойдет сейчас.

Когда началось «то, что нельзя называть», оказалось, несмотря на то, что государство через школы и всё остальное рассказывало, как ужасно, когда люди друг друга убивают… оказалось, что всё это не так и убивать людей — это окей. Тогда у меня всё это связалось с личными историями, которые мне рассказывали бабушка с дедушкой.

Дед 1933 года рождения. Он жил в деревне на территории современной Латвии. Она была оккупирована немецкими войсками. Но я в детстве слушал об этом отстраненно. Мне сейчас даже неловко, потому что я не то чтобы помню подробности — но откуда я могу их помнить?

Мама и бабушка рассказывали, что дедушка голодал, когда была война, — было нечего есть; как люди ели что-то несъедобное и мечтали о крошках хлеба. Я это воспринимал как что-то далекое и странное, но у меня была четкая связь между этим и тем, что сейчас, когда я его знаю, он очень много ест. Когда я приходил к дедушке и бабушке, у них холодильник был всегда забит колбасой, салатиками. Мне это объясняли тем, что он так много покупает и ест, потому что в детстве у него не было такой возможности и он голодал.

Дедушка Демьяна. Фото из личного архива

Как болтали с полицейскими о маникюре, а они написали рапорт

— Я сделал пальто в начале марта, а задержали меня только через несколько недель. Я всё время езжу по одному маршруту и выхожу на «Петроградской». Там сотрудница метрополитена (как мне потом сказали) увидела меня со спины, куда-то позвонила, и, когда я поднялся на эскалаторе, меня ждали сотрудники полиции. Они спросили, не попрошайничал ли я в этом пальто — видимо, неправильно поняли причину [розыска]. «Вот у нас тут ориентировка», — и сказали, что им нужен не я, а мое пальто.

У меня были накрашены ногти на одной руке зеленым цветом. Я думаю, что каждый может выглядеть как он хочет и разнообразие — это прикольно. Всю дорогу до отдела мы с полицейскими говорили об этом. Там была сотрудница отдела, которая сказала: «Если бы мой сын пришел с такими ногтями, я бы его убила!» А другой сотрудник, помоложе, сказал: «У меня у самого татуировки». И вот мы с ними чисто по-приятельски спорили про маникюр.

Но в итоге эти же сотрудники, с которыми мы ехали до отдела, написали на меня рапорт — из-за чего мне потом дали вторую административку: о том, что я сопротивлялся при задержании, отказался сесть в машину. Хотя всё это время мы с ними шли и болтали, и моя девушка была свидетелем, как меня сажают в машину. Это было грустно, потому что мне показалось, что мы с ними просто общались как люди, а они после этого сели и написали неправду. Это обидно.

«Он выбрал не ту сторону конфликта»

— Часов двенадцать я просидел в камере без адвоката. Когда мои друзья пришли и спросили, что со мной, один сотрудник им ответил: «Он выбрал не ту сторону конфликта!» Это прямо эпичная фраза, как из боевиков.

Два сотрудника уголовного розыска давили: «Да мы можем к тебе домой прийти с обыском!» Спрашивали, ходил ли я на митинги Навального. У других была позиция «Я старше, а ты дурачок и тебя нужно поставить на путь истинный».

У нас принято демонизировать сотрудников полиции, но там работают такие же люди, только с другими взглядами. Просто уставшие, злые, и им тяжело проявлять внимательность. Меня не выпускали час или полтора в туалет. У меня забрали кофту и пальто, а в камере было холодно. Мне обещали дать плед, но не давали. Друзья передали мне вещи, но их поставили перед камерой и не давали их мне.

Наши отношения ухудшились из-за того, что я отказался сдавать отпечатки пальцев, потому что я уже установил личность тем, что дал им паспорт. По закону я не был должен еще сдавать отпечатки. Один из людей из уголовного розыска сказал: «Паспорт не является удостоверением личности. А вдруг ты его подделал?» Сказали, ты всё себе усложняешь и что у меня в итоге будет статья о неповиновении. Адвокат мне сказала, что они это сделали, чтобы подержать меня в камере, потому что про дискредитацию статья не арестная и меня могли держать только три часа.

На суде судья попросила рассказать про деда, спросила его год рождения — а я растерялся. Это я уже потом уточнил год, а тогда об этом не задумывался. И ей очень не понравилось, что я не помню год, как мне показалось. У меня был адвокат на суде из «Апологии протеста». Она меня поддержала.

Судили меня, судили, судья уже ушла, и тут полицейский, который меня сопровождал, вспоминает про пальто — и такой: «А что с пальто?» Побежал к судье, и она сказала отдать его мне под расписку. Мне этот полицейский его отдал и сказал: «Привезешь домой — положи в шкаф от греха подальше!» Мы с ним в итоге пожали [друг другу] руки.

Демьян и его дедушка отмечают день рождения. Фото из личного архива

Думаю, они обычные нормальные люди, обладающие искаженной, с моей точки зрения, информацией. Есть полицейские, которые искренне топят [за военные действия]. Сотрудник, который со мной в суд поехал, показывал видео из их рабочего чата, где солдаты ВСУ простреливали ноги пленным русским. И он мне сказал: «Вот смотри, это причина, по которой нужно их всех уничтожить». Это действие было ответом на мою позицию, что [военные действия] — это кошмарно. Я это видео честно посмотрел, а потом говорю: «Да, я про это и говорю: [военные действия] — это ужасно. Всегда есть способы лучше, чем военные, „спецоперационные“». Он ответил, что я ничего не понимаю: «Учи историю!» Блин, я так и не понял, как это относится к тому, что мне не нравится, когда люди убивают друг друга.

Как изменились планы после суда

— Мне выписали штраф 45 тысяч рублей, а за вторую административку о сопротивлении — сутки ареста, которые я уже провел в участке.

После суда я взял перерыв в гражданской активности, «гражданские каникулы». Мне сказали, что следующий приговор может быть уголовным — с риском заключения. Я думал, уезжать мне или оставаться, и понял, что останусь. Здесь мое место. Я понимаю, что сейчас есть риск сесть в тюрьму, но я решил, что уезжать не хочу.

Пальто я не ношу, потому что суд решил, что оно дискредитирует вооруженные силы. Сейчас хочу сделать какую-то творческую штуку на эту тему. Мне тяжело не транслировать эмоции, которые у меня возникают. Недавно была новость, что [в Украине] умерло 204 ребенка. Мне показалось, что это может быть правдой. Это тревожно и кошмарно.

Я лет с 14 считал себя участником политики в своей стране. Я считал, что важно формировать пространство, в котором я живу. Но сейчас это даже не политика, идет [военная борьба]. Среди всех, с кем я общаюсь, нет ни одного человека, который бы поддерживал [то], что происходит.

Получайте главные новости дня — и историю, дарящую надежду 🌊

Подпишитесь на вечернюю рассылку «Бумаги»

подписаться

Что еще почитать:

  • Саша Скочиленко не должна сидеть 10 лет за антивоенные листовки. Вот ее история — с доносом, спецоперацией по захвату и СИЗО.
  • Фейки, сожжение чучела, телефонный терроризм и стычки с силовиками — главное об «антивоенных делах» в Петербурге.

Бумага
Авторы: Бумага
Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите появившуюся кнопку.
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить
Все тексты
Свободу Саше Скочиленко
Как помыться из бутылки за 6 минут и погулять в помещении 2х5 метров? Саша Скочиленко — о месяце в СИЗО
Адвокат: Саша Скочиленко испытывает сильные боли в сердце и животе. Она жалуется на условия для прогулок и несоблюдение безглютеновой диеты
Адвокат: Сашу Скочиленко запирали в камере-«стакане», у нее продолжают болеть живот и сердце
«Я очень обеспокоена ее самочувствием». Адвокат Саши Скочиленко — о состоянии подзащитной в СИЗО
Саша Скочиленко остается в СИЗО. Суд продлил ее арест еще на один месяц
Военные действия России в Украине
«Петербургский форум зла». Шесть протестных плакатов из поселкового сквера в Ленобласти
Организаторы выставки «Мариуполь — борьба за русский мир» заявили о ее срыве, обвинив в этом местную чиновницу. Теперь в районном паблике пишут, что она «предатель»
Роспотребнадзор: в Петербурге не выявлены случаи заражения холерой. Ранее власти говорили о риске завоза заболевания
«Звук от фейерверков многих напугал». Школьников из Мариуполя пригласили на «Алые паруса» — вот их реакция
Как получить украинскую визу в Петербурге? Подробности от МИД
Экономический кризис — 2022
В Петербурге проходит юридический форум — без мировых экспертов и вечеринки на Рубинштейна, но с Соловьевым и выставкой о Нюрнбергском трибунале
«Там была буквально битва». «Бумага» нашла петербуржца, который нанял сотрудника IKEA для покупки мебели на закрытой распродаже. Вот его рассказ
Что для России значит «символический» дефолт? Объясняет декан факультета экономики ЕУ СПб
Петербуржцы ищут в соцсетях сотрудников IKEA — чтобы купить мебель и другие товары на закрытой распродаже
Сравнивают себя с Рейхсбанком и спасают россиян. Что мы узнали из текста «Медузы» о работе Центробанка в военное время
Давление на свободу слова
«Бумага» улучшила свой VPN: можно заходить на российские госсервисы из-за границы 💚
«Дочь сказала, что ей больше не нравятся полицейские». Директор «ПЕН-клуба» в Петербурге — о задержании за дискредитацию армии на выходе из поликлиники
Запрет Facebook и Instagram за «экстремистскую деятельность» вступил в силу. Чего опасаться?
«Ты не Петр I, ты Адольф II». Как Петербург протестовал в День России — с плакатами, самолетиками и пластилиновыми птицами
Школы и детские сады Петербурга готовятся ко Дню России. Дети танцуют под Газманова, рисуют триколоры и клеят на окна изображения голубей
Хорошие новости
«Скучно стало, и поехал спонтанно». Житель Мурина второй месяц едет на самокате из Петербурга во Владивосток
Памятник конке на Васильевском острове превратили в арт-кафе. Показываем фото
В Петербурге запустили портал с информацией обо всех водных маршрутах 🚢
На Васильевском острове откроется кафе «Добродомик». Там будет работать «кабинет решения проблем»
В DiDi Gallery откроют выставку Саши Браулова «Архитектура уходящего». Зрителям покажут его вышивки с авангардной архитектурой
Подкасты «Бумаги»
Откуда берутся страхи и как перестать бояться неопределенности? Психотерапевтический выпуск
Как работают дата-центры: придумываем надежный и экологичный механизм обработки данных
Идеальная система рекомендаций: придумываем алгоритмы, которые помогут нам жить без конфликтов и ненужной рекламы
Придумываем профессии будущего: от облачного блогера до экскурсовода по космосу
Цифровое равенство: придумываем международный язык, развиваем медиаграмотность и делаем интернет бесплатным
Деятели искусства рекомендуют
«В Петербурге нет ни одного спектакля, где столько крутых мальчиков-артистов». Актриса МДТ Анна Завтур — о «Бесах» в Городском театре
«Верните мне мой 2007-й». Актер театра Fulcro Никита Гольдман-Кох — о любимых спектаклях в БДТ
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Mozilla Firefox или Chrome.